Индия и Иран продолжают переговоры об управлении портом Чабахар

Индия и Иран договариваются о порте Чабахар: зачем им стратегическая гавань Новый раунд переговоров: Индия и Иран ведут активные переговоры об управлении портом Чабахар — ключевой гаванью на побережье Ормузского пролива с прямым выходом в Индийский океан. Об этом со ссылкой на источники в правительстве Индии сообщила газета The Economic Times. Сделка, обсуждаемая уже не первый год, может кардинально изменить торговые маршруты в регионе и усилить позиции обеих стран в Южной Азии. Предыстория десятилетия: Порт Чабахар находится в иранской провинции Систан и Белуджистан, всего в 72 километрах от пакистанского порта Гвадар, который Китай развивает в рамках инициативы «Один пояс — один путь». Индия начала вкладываться в Чабахар ещё в 2003 году, но серьёзный толчок проекту дал визит премьер-министра Нарендры Моди в Тегеран в мае 2016 года. Тогда было подписано трёхстороннее соглашение между Индией, Ираном и Афганистаном о развитии транспортного коридора стоимостью 500 миллионов долларов. Индия уже построила в Чабахаре два терминала — один для контейнеров, другой для зерна. Общий объём индийских инвестиций превысил 85 миллионов долларов. Однако полноценное управление портом и долгосрочная аренда земель под инфраструктуру остаются предметом спора. Иран традиционно сопротивляется передаче иностранцам контроля над стратегическим объектом, тогда как Индия требует гарантий для возврата вложений. Зачем это Индии: Для Нью-Дели порт Чабахар — это обходной путь вокруг Пакистана. С момента раздела Британской Индии в 1947 году Исламабад блокирует сухопутную торговлю между Индией и Афганистаном. Чабахар позволяет доставлять грузы в Афганистан морем, а затем по дороге через иранскую территорию. Кроме того, порт даёт доступ к ресурсам Центральной Азии — Туркменистана, Узбекистана, Таджикистана. Геополитический фактор не менее важен. Китайский порт Гвадар в Пакистане, соединённый с китайской провинцией Синьцзян автомобильным коридором, угрожает превратиться в главный хаб региона. Индия не хочет уступать Пекину стратегическое пространство. Контроль над Чабахаром — часть более широкой стратегии сдерживания китайского влияния в Индо-Тихоокеанском регионе. Позиция Ирана и риски санкций: Тегеран заинтересован в инвестициях и новых торговых связях, особенно на фоне западных санкций, усиленных после выхода США из ядерной сделки в 2018 году. Однако иранское руководство осторожничает: слишком тесное партнёрство с Индией может разозлить Пакистан, давнего союзника в вопросах кашмирского конфликта, а также привлечь внимание Вашингтона. С приходом Дональда Трампа в Белый дом на второй срок в январе 2025 года санкционное давление на Иран, вероятно, возрастёт. Трамп уже заявлял о намерении вернуть «максимальное давление» на иранскую экономику. Это осложняет переговоры: индийские компании боятся вторичных санкций США, которые могут коснуться любого, кто ведёт крупный бизнес с Ираном. Дели приходится балансировать между стратегическими интересами и риском попасть под американские ограничения. Влияние на торговлю и инфраструктуру: Если стороны договорятся, объём грузопотока через Чабахар может вырасти в разы. Сейчас порт обрабатывает около 2,5 миллиона тонн грузов в год — в десятки раз меньше, чем крупнейшие порты Индии. Полноценное управление индийскими операторами позволило бы привлечь частные инвестиции, модернизировать оборудование и подключить порт к международным логистическим цепочкам. Особое значение имеет железнодорожная связь. Индия финансирует строительство железной дороги от Чабахара к афганской границе — проект стоимостью около 1,6 миллиарда долларов. Запуск этой магистрали превратит порт в полноценный транзитный узел, сократив время доставки грузов из Индии в Центральную Азию с 40–50 дней (через Суэцкий канал) до 15–20 дней. Что будет дальше: Переговоры, скорее всего, затянутся до осени 2025 года. Индия настаивает на 25-летней концессии с правом продления, тогда как Иран предлагает более короткие сроки и совместное управление. Комприссом может стать создание совместного предприятия с контрольным пакетом у индийской стороны, но с иранским представительством в совете директоров. Успех сделки зависит от того, удастся ли Дели получить от Вашингтона санкционные послабления — как это было в 2018 году, когда США временно освободили проект Чабахар от ограничений ради поддержки афганской экономики. После вывода американских войск из Афганистана в 2021 году этот аргумент ослаб, но Индия пытается переформатировать его под гуманитарные поставки в регион. Для инвесторов и бизнеса ключевой сигнал — не сам факт переговоров, а появление конкретных соглашений о статусе порта и механизмах защиты инвестиций. Без этого Чабахар останется перспективным, но недореализованным проектом, каким был последние двадцать лет.