Количество ликвидаций независимых АЗС достигло максимума с 2022 года

Почему российские АЗС закрываются быстрее, чем открываются: история одного рынка В 2019 году на узкой дороге под Рязанью стояла колонка с ручным насосом и выцветшей вывеской. Рядом — современный павильон сетевой заправки. Оба продавали бензин. Сегодня от старой колонки остался только фундамент. А павильон тоже пустует. Это не частный случай, а общий тренд. Ликвидации независимых автозаправочных станций в России за девять месяцев 2026 года выросли на 16,7% и достигли максимума с 2022 года.

Рынок топливной розницы сжимается быстрее, чем кажется из окна автомобиля. Независимые АЗС возникли в 1990-е как естественная реакция на дефицит. Государственная нефть уходила на экспорт, а внутри страны бензин доставали кто как мог. Мелкие оптовики строили колонки у трасс, в поселках, на окраинах городов. К 2008 году доля независимых станций приближалась к 40%. Затем началось давление вертикально интегрированных компаний.

Собственные сети «Роснефти», «Лукойла», «Сургутнефтегаза» получали топливо по внутренним ценам, а независимые — по рыночным. Разница в себестоимости росла. Но главное — изменились правила игры на земле. Малый бизнес не тянул экологические требования, переход на новые стандарты топлива, цифровизацию учёта. К 2022 году ликвидации уже ускорились. Санкции усложнили логистику, выросли издержки на импортное оборудование, подорожало всё — от емкостей до платежных терминалов.

Тогда многие владельцы решили: проще закрыться сейчас, чем банкротиться потом. Рост ликвидаций на 16,7% — это не внезапный скачок. Это кумулятивный эффект. За три с лишним года выжили те, кто мог адаптироваться: перешёл на круглосуточный магазин при заправке, добавил кофе и зарядки для электромобилей, договорился с таксопарками. Но возможности для адаптации не бесконечны. Ключевая ставка ЦБ РФ сейчас — 14,00% годовых. Кредиты для обновления оборудования или пополнения оборотных средств стали невыносимыми.

Для небольшой АЗС с тремя-четырьмя колонками это означает выбор: либо ремонтировать цистерны за собственные деньги, либо закрываться. Ещё один фактор — концентрация спроса. Крупные сети строят заправки у трасс с интенсивным движением, а мелкие зависят от местного трафика. Когда люди ездят реже или выбирают одну удобную точку, «соседская» заправка теряет клиентов. Сокращение независимых игроков не означает автоматического подорожания бензина.

Цены на топливо в России регулируются договорённостями с правительством, а его фиксацией занимается независимый анализ. Но структура рынка меняется заметно. Меньше конкурентов — меньше географического разнообразия. В регионах, где осталось две-три заправки вместо десяти, выбор исчезает как категория. Сервис тоже унифицируется: одна и та же кассовая система, одни и те же программы лояльности, одинаковые цены на капучино. Для владельцев малого бизнеса в топливной рознице ситуация проще описать, чем исправить.

Продать действующую АЗС сегодня сложнее, чем земельный участок под неё. Покупатели — в основном крупные сети, и цены они диктуют. Тренд вряд ли развернётся. Ставка 14% делает малый бизнес в капиталоёмкой отрасли уязвимым. Экологические требования ужесточаются последовательно, а не рывками — это создаёт предсказуемое давление, от которого не спасёт ни одна субсидия. Возможный контрпункт — развитие альтернативного топлива. Электрозарядки и газовые заправки требуют другой инфраструктуры, и там конкуренция пока ниже.

Но это другой рынок с другими игроками. Традиционные независимые АЗС в классическом виде, с бензином и дизелем, уходят в историю не громко, по одной закрытой колонке за раз. Та выцветшая вывеска под Рязанью — не случайность. Это точка в предложении, которое писалось тридцать лет.

Читайте также

Инфляция в Европе и Японии нашла свою норму: почему это не повод менять ваши решения в России Зарплаты «программистов» шли на ракеты КНДР, считают в США. Под санкции попали два россиянина